Журнал / Все

Режиссер Юрий Яшников. Пьеса в двух частях. Отрочество

Режиссер и продюсер Юрий Яшников знаком иркутянам по целому ряду значимых проектов. Например, он был звездой команды КВН “Байкал”, дошедшей до полуфинала Высшей лиги. Сегодня Юрий олицетворяет региональную кинематографию не только для Иркутской области, но и для всей России.

Мы встретились с режиссером, чтобы поговорить о былом и грядущем. Разговор получился объемным, но содержательным, потому мы делим его на две части. Перед вами первая глава нашей беседы — о том, как Юрий пришел к собственной кинокомпании и о дебюте в кино — “Похабовске”.

Справка:

  • Юрий окончил психфак ИГУ в 2004 году
  • В КВН играл со школы (с 1996 года), законил гораздо позже окончания университета — в 2011-м году.
  • Играл в нескольких командах КВН. Самая известная из них — “Байкал”. Сборной Иркутской области и Бурятии удалось дойти до полуфинала высшей лиги и выступить на Музыкальном КиВиНе, который проходил еще в Юрмале. В 2007 году.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Кинокомпания Юрия Яшникова (@yashnikov.company)

Про КВН и первые комедии 10-х годов

КВН — это, вне всяких сомнений, образование. Мои сокомандники продолжают находиться в творческих профессиях. Работают сценаристами, режиссерами, продюсерами. В ту пору, когда мы играли в КВН на стыке тысячелетий, не было никакого продюсерского образования, писать сценарии для сериалов никто же не учил! Поэтому в настоящий момент большинство сценаристов для телевидения — бывшие квнщики. Это такая школа, где ты сам мог в бою многому научиться. Я не считаю, все, что делают бывшие квнщики гениальным. Более того, в кино мы когда-то пришли с мыслью, что наши старшие коллеги по КВН снимают какую-то ерунду. Тогда после успехов в “Камеди клабе” квнщики просто хлынули в кинематограф и стали снимать крайне сомнительные комедии.

“Горько” например?

Вот ни разу нет. Как раз “Горько” для меня стал в свое время прорывом. А он выходил примерно одновременно с “Похабовском” (“Похабовск. Обратная сторона Сибири — режиссерский дебют Юрия — прим. ред.). Я апеллирую, в первую очередь, к “Яйцам судьбы”, франшизе “Самый лучший фильм”. Вот это, с моей точки зрения, было непроходимо плохо. А в “Горько” много хорошего! Чего только стоит роль Яна Цапника. Мне понравилось, что режиссеру картины Жоре Крыжовникову удалось нащупать несколько типажей почти гайдаевского уровня. Пусть там не вся картина безупречна, но для комедии очень важно выдернуть из общества какие-то яркие образы, которые актуальны для настоящего времени. В общем, “Горько” стал для меня прорывом в отечественной комедии, после него начали проклевываться достойные картины в этом жанре. 

Перечислите их?

Мне нравятся работы режиссера Романа Каримова, который стал известным с фильмом “Неадекватные люди”, а позже он снял “Гуляй, Вася”. Этот фильм мне очень понравился. А сейчас вообще такое время, когда комедия встала на ноги. Во многом, кстати, благодаря сериалам. Появились такие фильмы как “Домашний арест”, “Год культуры”. И дальше — больше. Сейчас у меня уже не осталось к отечественным комедиям таких претензий, какие были 10 лет назад. С этой точки зрения нужно признать, что количество в качество, конечно, переходит.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Юра Яшников (@yura.yashnikov)

А когда вы закончили играть в КВН? После университета? Я пытаюсь понять, как вы перешли от карьеры ведущего к кино. Какие события вас туда привели?

Нет, я очень долго играл. В университете я учился с 99-го по 2004-й, а закончил играть где-то в 2011-го. А события эти я бы описал коротким словосочетанием “бурятская броня”. Дело в том, что кино в регионах России, которое совсем народное, без московских съемочных групп, зародилось в республике в 2008 году. Тогда бурятская половина команды КВН “Байкал” сняла первую бурятскую комедию “Чайник”.

И это явление, с моей точки зрения, является чрезвычайно важной вехой в истории российского регионального кино. Потому что очереди в кинотеатрах на этот фильм в Бурятии шокировали даже Москву. Там все много лет обсуждали этот феномен. При том, что российское кино с трудом умудряется отбивать себе этот маленький процент зрителей в прокате кинотеатров у Голливуда, вдруг в Бурятии ребята снимают фильм на коленке и разрывают кассу. То есть, они реально тягались по сборам с “Котом в сапогах” диснеевским.

Причем, буряты предлагали нам участвовать в этом проекте. Мы покрутили пальцем у виска и сказали, что это невозможно — снимать кино в регионах. Я помню хорошо фразу, которую тогда сказал продюсеру Жене Замалиеву: “Женя, посмотри, в Москве не могут снять нормальное кино! А вы собрались делать это в Бурятии… Вы не в себе!”. Но тут появляется фильм. Они взяли и сделали. А земляки пошли и проголосовали рублем за то, что они хотят видеть на экране свои локации, своих актеров и самое главное — свои истории. Когда фильм рассказывает нам не о похождении четырех подружек по Нью-Йорку и не о спасении какого-то кольца от сил зла маленьким хоббитом, а о четырех пацанах из Улан-Удэ, которые хотят сброситься и купить вместе “Тойоту Чайзер”. Вот такая понятная людям история. 

Про две революции

И важными предпосылками к этому стали две технические революции. Если в прошлом веке снимать кино было чрезвычайно дорого: были огромные камеры, дорогущая пленка, очень сложное техническое оборудование, которое в нашей стране могли позволить себе только крупные государственные студии, то в начале нашего века постепенно появляются альтернативы. Сначала это были камеры, которые не могли еще конкурировать с профессиональной техникой по качеству изображения, а в конце 10-х появились эти самые легендарные “зеркалки” — фотоаппараты, которые стали выдавать изображение, сопоставимое с профессиональными камерами. А если брать соотношение цена-качество, то при их стоимости качество, которое они давали, было просто запредельным. Стало возможно показывать это на экране кинотеатров, чтобы зритель не “плевался” и не говорил, что это непрофессионально.

А вторая революция — это интернет. Тогда, в районе 10-го года, когда все это зарождалось, он, конечно, был слабоват, но уже намекал на то, что через несколько лет появится какой-то способ общения между людьми, который сделает возможным оповещать о своем фильме большое число людей без баснословных затрат. Если раньше для этого нужно было попасть на телевидение, куда был очень узкий вход, то теперь мы имеем социальные сети, где каждый может опубликовать свою картину. И если она понравится для начала просто друзьям и знакомым, то начнет распространяться. Тогда соцсети мало ассоциировались с видео. Окончательная революция в этом плане произошла с появлением Юрия Дудя в YouTube. Когда площадка “взорвалась”, все поняли, что интернет — это еще и видео. Сейчас, по-моему, все только так на интернет и смотрят. Мы наблюдаем, что видео, как Лангольер, отжирает у текстов и фотографий пространство. Все уже сидят в автобусах с наушниками и смотрят какие-то видосы. 

Но тогда все это только зарождалось. А ребята из Бурятии это первыми почувствовали и стали делать проекты на этой волне. Мы тогда всех этих явлений просто не рассмотрели и в “Чайник” оказались вкладывать большие силы — только помогли ребятам со съемками в Иркутске. А потом я прекрасно помню ощущения, когда я увидел фильм. Тогда большая его часть выглядела как непрофессиональное видео, но примерно 10% фильма, несколько сцен, произвели на меня ну очень приятное впечатление. Были смешные комедийные сцены с хорошей актерской игрой. Пусть это было и не сверхпрофессионально снято, зато наполнено содержанием. И мне в голову закралась мысль “ага, 10%… а если поработать? то, может быть, можно сделать и выше этих 10%?”. Но количество ресурсов, которые были необходимы, чтобы что-то сделать, было все равно запредельным. Поэтому никакого шага тогда мы не сделали. 

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Кинокомпания Юрия Яшникова (@yashnikov.company)

Второе выступление “бурятской брони”

Следующее выступление “бурятской брони” случилось через три года, в 2011 году. Тогда другие наши друзья из Бурятии, тоже бывшие квнщики, попросили нас помочь им с прокатом фильма “На Байкал” — его как раз снимали. Мы согласились попиарить картину.

Так мы на это смотрели до августа 2011 года, когда парни приехали, чтобы показать рабочий монтаж фильма. Мы сидели у меня на кухне и смотрели сыро смонтированный фильм. И когда он закончился, я просто потерял дар речи. Потому что четко понял, что здесь уже не 10% такого… приличного кино, а 30. И если поработать, то получится и вовсе 50%. И самое главное, во мне начало произрастать понимание того, что мои земляки, иркутяне, очень нуждаются в этом кино, но пока этого просто не знают. В этот день мы приняли решение войти в проект как сопроизводители.

А 14 августа дали пресс-конференцию по этому поводу. И действительно в итоге мы занимались постпродакшеном фильма, делали финальный монтаж, озвучивали, занимались прокатом в Иркутской области. Нам повезло добиться кое-каких успехов — этот фильм до сих пор является второй по кассовым сборам региональной комедией в России. С тех пор 14 августа 2011 года мы считаем днем рождения “Кинокомпании Юрия Яшникова”.

 

Посмотреть эту публикацию в Instagram

 

Публикация от Кинокомпания Юрия Яшникова (@yashnikov.company)

То есть, эта история, которая может отбиться? Такого проката достаточно, чтобы покрыть какие-то затраты?

Нет, тогда мы вышли из проекта с многомиллионными долгами. Потому что кинопрокат оказался гораздо более сложным явлением, чем мы тогда представляли. У меня есть простой пример. Многие, заходя в кино, уверены, что они сделают полный метр и выйдут в кинозалы. Но кинотеатр — это тот же супермаркет, отличия, в общем-то, никакого. Просто разного рода продукты продаются. И я предлагаю молодым авторам представить свой продукт на полках этого супермаркета. Человек подходит к кассе, а за кассиром висят постеры фильмов, которые идут сегодня. Что такого, спрашиваю я, будет на вашем постере, что человек протянет кассиру деньги за ваш фильм, а не за, скажем, “Форсаж-20”? 

И что?

Это очень конкурентная среда, в высшей степени конкурентная. А еще одна ее сторона заключается в том, что этому рынку, огромному конвейеру, нужно угодить. Каждую неделю в кинотеатрах меняется репертуар, если фильм не зашел — его снимают с проката, если на фильм валят люди, ему добавляют сеансы. Нужно уметь бороться в этой среде. Надо сказать, что это стоит огромных средств и огромного труда. Я молчу о том, что фильм должен быть изначально хорошим, так еще и прорекламировать его нужно соответствующим образом. И это стоит порой не меньше, чем само производство фильма.

От долгов к “Похабовску”

Но тогда, 2011 году, мы не отчаялись, расквитались с долгами за некоторое время и в 2012-м  приступили к созданию сольного кинопроекта, им стал “Похабовск”. 

Я знаю, что некоторые на вас до сих пор обижаются из-за названия, потому что “никакой мы не Похабовск!”. А что было сразу после выхода? Какой был эффект?

Я это явление хорошо помню. Даже было такое, что один из деятелей иркутской науки организовал разоблачительную конференцию на тему того, что кинематографисты совсем осатанели, позволяют себе называть Иркутск “Похабовском” и их за это надо распять. 

Я бы очень радовалась, если бы в честь моих проектов проводили такие конференции!

Мы тоже подумали, что это круто! А правда о “Похабовске” такова, что мы решили сделать довольно острую социальную, и поскольку речь в фильме идет о выборах мэра, то и политическую комедию. И мы подумали, что недальновидно, так как мы планируем остаться жить в Иркутске, называть город, в котором все это происходит — Иркутском. Тогда к нам возникнет огромное количество вопросов: а кого вы имели ввиду?, а что вы имели ввиду? Мы поняли, что нужно выйти за рамки родного города и сделать общесибирскую историю, а город просто выдумать, создать собирательный образ всех сибирских городов. Мы стали биться над названием этого города. Вы не представляете, какое количество вариантов мы перебрали. Но в определенный момент кто-то на этих мозговых штурмах сказал “А может быть Похабовск?”.

И тогда повисла пауза — мы начали думать, что с одной стороны это, конечно, режет слух, но в пору набирающих обороты социальных сетей — это не так и плохо. Кроме того, нам понравилась идея восстановления исторической справедливости. Род Похабовых много чего натворил в Сибири. Дядя нашего Якова возглавлял Братский острог. Они основывали города, ими руководили… Нам показалось несправедливым, что ни один из этих городов не был назван этой фамилией. Тогда мы решили хотя бы вымышленный город назвать Похабовском. Но в целом, надо сказать, мы получили 99% положительных отзывов после выхода. А фильм шел в 20 городах России. 

Сколько вы снимали фильм?

Год. Это очень быстро. Мы его начали осенью 2012 года, а в прокат вышли осенью же 13-го. К счастью, мы тогда правильно расставили приоритеты, серьезная часть бюджета была направлена на пиар-кампанию. Нам повезло тогда окупиться — вышли тика в тику с этой картиной. 

А где вы вообще искали финансирование?

Там все деньги были частные. Собственные средства компании. Первый, кто нас нас тогда поддержал — бренд молодежной одежды DAVI. Они сначала помогли нам выбраться из финансовой ямы, в которую мы попали после “На Байкал”. Я оказался тогда в адской для меня как для продюсера ситуации, пришел к руководителю этой компании и попросил занять денег. Причем, на неопределенный срок, потому что я тогда не понимал, сколько уйдет времени, чтобы компенсировать эти потери. Порядка 1 800 000 рублей мы тогда задолжали. Но, к счастью, нам удалось довольно быстро расквитаться с этими долгами. Эта же компания поддержала наш следующий проект. Потом в “Похабовск” зашла сеть ирландских пабов “Harats” и фабрика унтов “Айхал”. Это основной пул партнеров, было еще много десятков.

Похабовск
Огромное расписное панно с Похабовском переезжает с кинокомпанией из офиса в офис. Автор фото: Валентин Карпов

Удивительно, что вас тогда поддержали местные бизнесмены.

А по-другому быть не могло! Есть очень простой ответ — весь крупный бизнес в стране уже тогда был абсолютно вертикально организован. И ни у какой компании в России не существовало бюджета, который был бы заложен на поддержку регионального кино. Соответственно, это решение должно было приниматься индивидуально, от первого лица в компании. И как бы мы достучались до первых лиц нефтяных компаний? Это совершенно невозможно. Поэтому единственные, на кого мы могли рассчитывать — это местные предприниматели. Люди, которым самим удалось за пять тысяч километров от столицы построить крепкий, уверенно стоящий на ногах бизнес. Только такие люди могли поверить в земляков, которые решили в глуши, где никогда не было игрового кино, снять фильм и прокатить его в кинотеатрах. Мы никогда не забудем это доверие.

А сколько стоил “Похабовск”?

В пересчете на нынешний курс — чуть больше 26 миллионов рублей. И надо сказать, что сегодня найти такие деньги чрезвычайно трудно. Потому что сразу после того 2013 года случился кризис. Экономика с тех пор не растет. Поэтому сегодня найти бизнес, готовый инвестировать в такую крайне рисковую авантюру как кино — очень сложно. 

 

Возрастное ограничение: 0+.

В наших соцсетях все самое интересное!

Вам может понравиться